qse | О банковской трансформации

В конце девяностых мне нужно было получить оплату от одного немца, и я пошел в банк узнать о доступных мне вариантах. В банке мне объяснили ситуацию: самое простое — это открыть т.н. "анонимный" счёт. Банк открывал текущий счет и предлагал клиенту установить пароль для доступа к нему. Далее любой, кто мог предоставить номер счёта и пароль, которые принимались программным обеспечением банка, получал возможность распоряжаться счётом. Я передал реквизиты немцу, пришел в банк, в кабинете валютного управления ввел в терминал код доступа... девушка назвала мне текущий баланс, я попросил выдать мне эти немецкие марки наличными, она удалилась и вернулась назад с конвертом с наличными.

Обратите внимание, что в этой истории нигде не фигурируют документы, удостоверяющие личность. Ещё недавно - и некоторые люди это ещё понят - банковская система могла удивительным способом работать без не то, что обширной макулатуры, а даже без паспортов клиентов!

Через небольшое время из банка мне сообщили печальную новость: новые порядки делали анонимные счета невозможными и банк переходил на "конфиденциальные" счета. Работали эти счета примерно так же, но копию паспорта надо было сдать в банк с тем, что если по конкретному номеру суд запросит документы бенефициара, то банк должен будет эти документы выдать.

Потом у меня был другой смешной банковский счет, который управлялся несколько архаичным, как по нынешнем временам способом, но был открыт вообще без моего присутствия, и я за годы владения счётом ни единого раза не был ни в одном отделении этого банка, даже в стране был лишь позже, через время. Его история завершилась также на очередной итерации усложнения банковской сферы. В этом банке подошли к вопросу по-своему: клиентам было сказано так, что, вести их счета - та ещё морока и поэтому "или-или": или депозит безопасности, что для транзитника, находящегося на таком отдалении, было перебором, или слегка накладная ежемесячная оплата. Сформулировано это, тем не менее, было именно так, что было ясно, что клиентов уже просят на выход.

Дальше стало немного понятно, что банки — это не сервисная организация, а нечто большее, посредством чего всякого будут в перспективе придерживать за мягкие места. К этому моменту внешнеэкономическая деятельность для самых маленьких уже достаточным образом была на Украине упрощена, и я даже несколько расстроился оттого, что я пропустил момент, когда можно весь ручеек скромных инженерных деньжищ перебросить на приемлемые рельсы, не отдающими экстравагантностью.

В те времена двухтысячных, впрочем, банковская организация на Украине ещё по-прежнему воспринималась как некий магазин услуг. В него заходит клиент и принимает оферту и банк обязан иметь с ним дело. Сама мысль о том, что банк может отказаться и не предоставлять услуги казалась невероятной, причем даже в случаях посложнее, как-то если ты, к примеру - иностранец. Могли быть хитрые тарифы, мелкий шрифт в договорах, что угодно, но как клиент ты имел железобетонное право получить услугу.

Ещё через время я опять открывал счет за границей и выйдя за пределы понимания, ограниченные Украиной, открыл новое для себя. Зачем, спрашивают меня, вы хотите открыть у нас счет? Потому, говорю, что зарегистрировал компанию и для работы ей нужен банковский счёт. А какие, спрашивают меня, связи ваши с нашей страной? Ну как же, говорю, юридическое лицо в вашей стране и даже городе, по-местному, так сказать, решаю вопросы с банковским обслуживанием. Нет, говорят мне, это мы понимаем, но - повторяют вопрос - какое это отношение имеет к нашей стране? Может у вас есть тут с кем-то договор или что-то подобное? Пока у вас такого нет, то мы не можем открыть вам счет, извините. Можете оставить заявку нам, мы ответим через тридцать дней, если поменяем решение.

Я пересказал эту историю своему украинскому товарищу, и он смотрел на меня как на чумного. Наверное, я просто чего-то не понял или просто не в себе с таким рассказом. Лишь через несколько лет после того, как сам товарищ уехал в Израиль и пытался там наладить кое-какую свою работу, вернувшись, он вспомнил эту историю и сказал, что те мои слова из прошлого стали ему немного понятней.

Но и Украина, разумеется, за идущее время не прекращала движение в перед и начала перенимать передовые практики. В банках появился финансовый мониторинг. Поначалу это были структуры отдалённо напоминающие налоговых инспекторов в девяностые: их уже придумали, но на рынок они ходить по работе откровенно побаивались. Но "хи-хи", "ха-ха" и в ходе работы людей эти структуры постепенно получили умопомрачительные возможности. Я приведу пару историй из опыта.

В какой-то момент модная Украина в рывке в цивилизацию приняла важные языковые нововведения. Документы по внешнеэкономической деятельности, запрашиваемые банком, стало необязательным переводить на украинский, если они выполнены на английском. Кстати, по-моему, до сих пор артефактом действует норма о том, что с русского переводить тоже не надо, у меня вся документация всегда была двуязычной русско-английской. А у меня как раз был новый договор, составленный то ли американскими, то ли - ещё хуже того - транснациональными юристами, с избыточным объемом, странной структурой и, разумеется, только на английском. И я сказал менеджеру валютного управления: "а что если я не буду переводить? я же вроде более не должен? я понимаю, что читать не так приятно, но это вроде уже не моя проблема, нет? может быть у вас в валютном управлении подучат язык и на том и порешим?". В валютном управлении немного опешили, но удар приняли, через время перезванивают. "Вы правы, есть такие нововведения и в валютном управлении готовы читать договор на английском. Но мы должны также завизировать договор в финмониторинге, а они отказываются читать на непонятном для них языке, поэтому мы по-прежнему ждём от вас перевод."

Вторая история или даже набор историй заключается в том, что государственные структуры, регулирующие мониторинг и фактически ставшие вторым полноценным начальством банковским отделам мониторинга, установили настолько конские штрафы за нарушения, что банки вынужденно начали как от прокаженных отказываться от нежелательных клиентов. Если человек работает ни дай бог с наличными и есть отдаленный шанс, что его источники поступления не прослеживаются стопроцентно, то банк выкинет такого клиента, потому что никакие прибыли операционной деятельности не смогут компенсировать штрафов, если таковые возникнут. Выставляется клиент на улицу стандартно также по линии мониторинга: а предоставьте нам регистрационные документы и все счета и контракты и сертификаты и разрешения и за пять последних лет... Нет? На выход! Вы не нужны нам как клиент.

И вот мы в итоге очутились в ситуации, где без банковской деятельности мало что может существовать, каждому желательно быть как-то к ней сопричастным потому что и там и сям тебе нужен то счет, то выписка, то доходы, то подтверждение банком твоей идентичности, но при этом сами банки уже ни разу не ограничиваются финансовой и расчетной услугой, а распространяют своё влияние далеко за эти пределы с нарочито развязным характером работы, где они запросто диктуют условия и не брезгуют злоупотреблять своим масштабом.

И мы, видимо, ещё далеко не на конечной остановке.

О банковской трансформации

no subject

no subject